15. Проблема истины в философии и науке. Основные концепции истины. Истина и заблуждение. Критерии истины.

15. Проблема истины в философии и науке. Основные концепции истины. Истина и заблуждение. Критерии истины.

Понятие
истины относится к важнейшим в общей
системе мировоззренческих проблем. Оно
находится в одном ряду с такими понятиями,
как «справедливость», «добро», «смысл
жизни».

Главная
цель познания – достижение научной
истины. Применительно к философии истина
является не только целью познания, но
и предметом исследования. Имеются разные
понимания истины. Истина всегда
субъективна по своей форме, однако по
своему содержанию, т. е. по тому, что
содержится в знании, она объективна.
Содержание истинного знания не зависит
от сознания людей. Оно соответствует
действительности, законам, явлениям
природы и общества.

Объективная
истина есть такое содержание человеческих
знаний, которое не зависит от субъекта
познания, не зависит ни от человека, ни
от человечества. Относительная истина
есть такое знание, которое, будучи в
основном верным отражением действительности,
отличается некоторой неполнотой
совпадения образа с объектом. Абсолютная
истина – это полное, безусловное,
исчерпывающее совпадение образа с
объектом. Это такое знание, которое не
может быть опровергнуто ни при каких
обстоятельствах. К абсолютным истинам
относятся достоверно установленные
факты, даты событий, дни рождения, смерти,
т. е. те знания, которые не претерпевают
изменения по мере изменения самого
объекта познания. Над ними уже не
властвует время. Они есть, ибо они были.

Классическая
(корреспондентская) концепция истины.

Одна
из самых распространенных в философии
и науке — корреспондентская
(от
английского слова correspondence
– соответствие) концепция истины, истоки
которой мы находим уже у Аристотеля.
Иногда эту концепцию называют также
классической. Первые попытки ее
исследования были предприняты Платоном
и Аристотелем. Классическое понимание
истины разделяли Фома Аквинский, П.
Гольбах, Гегель, Л.Фейербах, Маркс;
разделяют его и многие философы XX
столетия.

Этой
концепции придерживаются и материалисты,
и идеалисты, и теологи; не отвергают ее
и агностики; среди приверженцев
классической концепции истины имеются
и метафизики, и диалектики.

Для
классической концепции истины характерны
следующие принципы: действительность
не зависит от мира знания; между нашими
мыслями и действительностью можно
установить однозначное соответствие;
сама теория соответствия логически
непротиворечива.

Как
следует из названия концепции, главным
понятием для нее является понятие
соответствия. Истинное – это
соответствующее. Причем, рассматриваемая
концепция изначально двойственна
Действительно, с одной стороны, можно
говорить об истинном знании, подразумевая
знание, соответствующее вещи. С другой
стороны, можно говорить об истинной
вещи, имея в виду ее соответствие ее
идее (понятию, сущности). И в том, и в
другом случае эта концепция кажется
очень понятной и естественной. Однако,
более внимательное ее рассмотрение
показывает, что она содержит немало
неясностей. Главная из них – это неясность
содержания самого понятия соответствия.
Действительно, что означает, например,
соответствие между высказыванием о
вещи и самой этой вещью? Ведь очевидно
же принципиальное отличие высказывания
от вещи. Высказывание не имеет
пространственной формы, не содержит в
себе вещества, из коего сложена вещь.
Оно не имеет свойств, которыми обладает
вещь и т.д. В чем же тогда соответствие
между высказыванием и вещью?

Не
менее серьезной проблемы для обсуждаемой
концепции истины является проблема
установления соответствия или
несоответствия высказывания и вещи
(проблема критерия истинности
высказывания). В самом деле, для
установления соответствия высказывания
и вещи необходим некоторый метод. Однако,
и сам этот метод распознавания истинных
(или неистинных) высказываний должен
быть проверен на истинность, что требует
привлечения другого критерия истинности
и т.д. Есть у корреспондентской концепции
истины и другие проблемы. Тем не менее,
эта концепция остается на вооружении
философии на протяжении почти всей ее
истории.

Когерентная
концепция истины.

Достаточно
авторитетной в философии и науке является
также когерентная
(от
латинского cohaerentia
и английского coherence
– связность, согласованность) концепция
истины. Сторонники этой концепции
пытаются обойти трудность установления
соответствия между фрагментами знания
и фрагментами действительности. Они
видят истинность знания не в том, что
оно соответствует действительности, а
в том, что знание является когерентным,
то есть самосогласованным, логически
связным, непротиворечивым.

Подобные
взгляды на истинность знания можно
обнаружить у И. Канта. Он писал об этом:
«Формальная истинность состоит всего
лишь в согласии знания с самим собой,
при полном отвлечении от всяких объектов
вообще и от всяких их различий». Впрочем,
сам Кант подчеркивает, что знание, не
противоречащее себе, тем не менее, может
противоречить предмету. Поэтому, вполне
справедливо, он полагает, что
самосогласованность знания и его
соответствие «всеобщим законам рассудка
и разума» является необходимым, но
недостаточным условием содержательной
истинности этого знания. Действительно,
знание, претендующее на звание истинного,
не может быть самопротиворечивым.

Когерентная
концепция истины является достаточно
операциональной, то есть с ее помощью
можно определять, способен ли тот или
иной массив знания претендовать на
истинность. Допустим, что мы имеем некое
множество высказываний, описывающих
определенную предметную область. Из
этого множества мы можем путем установления
взаимной когерентности высказываний
выбрать подмножество потенциально
истинных высказываний. Эта концепция
обосновывает также возможность получения
истинного знания путем логического
вывода из знания, истинность которого
уже установлена. Дело в том, что знание,
дедуктивно выведенное из данной системы,
будет когерентно этой системе и
самокогерентно. Особенно широко и
успешно эта концепция применяется в
логико-математических науках.

Главной
трудностью когерентной концепции истины
является то, что она не выводит за пределы
знания. По-прежнему остается справедливым
вывод И. Канта, согласно которому
когерентность знания не является
достаточным условием истинности.
Впрочем, у когерентной концепции здесь
есть свои аргументы. Во-первых, требование
когерентности можно почти неограниченно
применять ко все более расширяющимся
областям знания. То есть, проверять на
когерентность не только знания,
содержащиеся в данной теории, но и
требовать когерентности этого знания
другим теориям, картине мира, философской
системе и т.д. Наконец, сторонники
обсуждаемой концепции вправе указать
на то обстоятельство, что знание – это
тоже действительность.

Прагматистская
концепция истины.

Интересная
концепция истины развита представителями
прагматизма.
Прагматизм
(от греческого слова pragma
– дело, действие) – философское учение,
сложившееся в последние десятилетия
XIX
века в США. Основные идея прагматизма
выдвинули и разрабатывали Чарльз Пирс,
Уильям Джеймс, Джон Дьюи. Философия, по
их мнению, должна стать общим методом
решения жизненных проблем, встающих
перед человеком. Наибольшее внимание
философы должны уделить убеждениям и
верованиям, которые выступают в роли
регуляторов деятельности и поведения
людей.

Одно
из ключевых положений прагматизма,
названное им принципом Пирса, формулирует
У. Джеймс: «Наши убеждения есть фактические
правила для действия. Для того, чтобы
выявить смысл какого-либо утверждения,
мы должны лишь определить тот способ
действия, который оно способно вызвать:
в этом способе дейст­вия и заключается
для нас все значения данного утверждения».

В
соответствии с такой установкой
истолковывается сторонниками прагматизма
смысл понятия истины. Идеи, теории,
убеждения оцениваются прагматистами,
с точки зрения их практических следствий.
Истинными могут быть названы только те
из них, которые имеют благоприятные для
субъекта, ими обладающими, последствия,
только те, которые оказались полезными,
выгодными для этого субъекта. Понятно,
что при таком истолковании истина не
есть нечто независимое от человека, не
есть нечто неизменное. Напротив, истина
есть нечто индивидуальное и множественное.
Знания, идея, убеждения рассматриваются
У. Джеймсом, и в еще большей мере Дж.
Дьюи, не в качестве образа (отражения,
описания) независимой от человека
действительности, а в качестве средств
осуществления намерений и планов
человека, в качестве инструментов,
орудий, применяемых человеком для
приспособления к миру и преобразования
его. Соответственно, истинным знанием,
убеждением, верой будут те, которые
надежно, эффективно и успешно «работают»,
ведут человека к успеху, полезны для
него.

Кроме
нескрываемого самими прагматистами
субъективизма их истолкования истины
этому истолкованию свойственна
своеобразная узость, ограниченность.
Далеко не любое знание может быть оценено
в категориях успешности, полезности,
выгодности. Более или менее адекватно
с помощью этих категорий может быть
оценено прикладное знание. Гораздо
труднее это сделать по отношению к
знанию фундаментальному, а также по
отношению к философским убеждениям.

Многие
исследователи, работающие в области
гносеологии и методологии, убеждены,
что необходимо вообще свести к минимуму
употребление понятия «истина» в философии
и науке. Так, например, К. Поппер утверждал,
что ни одна научная теория не может
считаться истинной в строгом смысле
этого слова. Более оправданным он полагал
применение для характеристики научных
теорий понятия «правдоподобия». В таком
случае, одна теория может быть более
правдоподобной, чем другая (например,
теория относительности Эйнштейна более
правдоподобна, чем теория Ньютона).
Неопозитивисты (Р. Карнап и др.) стремились
свести содержание понятия истинности
высказываний, утверждений, теорий к их
эмпирической подтверждаемости. Ими был
сформулирован принцип верификации или
верифицируемости. Этот принцип гласит,
что любое научное утверждение о
действительности должно быть сводимо
к некоторому множеству простых
(протокольных, элементарных) предложений,
фиксирующих данные «чистого опыта»
(предложений типа «Луна круглая»,
«человек – двуногое существо»).

Конвенционалисты
(основоположником этого подхода считается
французский исследователь Анри Пуанкаре)
приходят к мысли, согласно которой в
основе научного знания лежат конвенции
(соглашения) между учеными, заключаемые
по соображению удобства, простоты,
привычности и т.п.

П.
Фейерабенд сформулировал принцип
пролиферации (размножения) теорий. Этот
принцип «призывает создавать и
разрабатывать теории, несовместимые с
принятыми точками зрения, даже если
последние являются в высокой степени
подтвержденными и общепризнанными».
Причем, по Фейерабенду, больший или
меньший авторитет теорий зависит не
только от их внутреннего совершенства
и степени эмпирической подтверждаемости,
но и от пропагандистской деятельности
создателей и сторонников соответствующих
теорий.

Критерии
истины

Признавая
знание истинным, необходимо указать
критерии, по которым истину можно
отличить от заблуждения. Среди критериев
истинности знания назывались всеобщность
и необходимость, очевидность, логическая
непротиворечивость, эмпирическая и
практическая подтверждаемость.

Рационалистическая
традиция главными признаками истины
считала всеобщность и необходимость
знания. Истинное знание относится не к
отдельным предметам, а к классам
предметов. Свойства предметов,
зафиксированные в истинном знании,
проявляются с необходимостью при
определенных условиях. Справедливо
утверждая, что всякое рассуждение
начинается с определенных предпосылок
аксиоматического характера, рационалисты
в качестве критерия истинности этих
предпосылок рассматривали очевидность.
Истинным признавалось то, в чем невозможно
усомниться, что кажется истинным с
очевидностью. Очевидное постигается,
по мнению рационалистов, путем
интеллектуальной интуиции, эта позиция
встречается, в частности, у Р. Декарта.

Развитие
рационалистической тенденции выразилось
в поиске внутренних критериев истичнности
знания (логическая непротиворечивость,
самосогласованность знания.

Сенсуалистическая
традиция в качестве критерия истины
называет ощущения. При этом, в отличие
от материалистическою, идеалистический
сенсуализм на основании соответствия
знания (понятия) ощущениям не делает
вывода о соответствии знания
действительности. В эмпирической
традиции роль критерия истины выполняет
опыт. Само понятие опыта не сводится к
ощущениям. В опыт помимо ощущении могут
включаться все внутренние переживания
и состояния сознания, а также внешний
опыт, например прагматический опыт
субъекта или научное наблюдение и
эксперимент.

Заметную
роль и развитии проблематики критериев
истины сыграл диалектический материализм,
поставивший на место основного критерия
практику. Понимая практику как
общественную, материально-преобразующую
деятельность людей, диалектический
материализм не сводит ее к опыту
отдельного человека. Общественный
характер практики выражается в том, что
даже в тех случаях, когда речь идет о
деятельности отдельного человека, он
рассматривается как носитель определенного
типа социальных отношений. Отличительными
чертами практики являются целенаправленность,
предметно-чувственный характер (практика
прямо или косвенно снизана с чувственно
воспринимаемыми предметами),
преобразовательный характер (активное
вмешательство в природную или социальную
среду). Исходя из этого, не всякая
деятельность рассматривается как
практика, а только та, которая отвечает
указанным признакам.

В
соответствии с этим к формам практики
относятся общественное производство,
социально-политическая и научно
экспериментаторская деятельность,
формы материально-преобразующей
деятельности на уровне бытовых отношений.
На том же основании деятельность в
области идеологии, образовании,
художественного творчества не
рассматривается в качестве видов
практики.

В конечном
счете на основании практики формируются
и заблуждения. В гносеологии диалектического
материализма практика помимо функции
критерия истины играет роль исходного
пункта, движущей силы и основной цели
познания.

Leave a Comment